Форум движения за возрождение отечественной науки
25 Июня 2017, 10:58:18 *
Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Войти
Новости: Форум движения за возрождение отечественной науки
 
   Начало   Помощь Поиск Войти Регистрация  
Страниц: [1]   Вниз
  Печать  
Автор Тема: Февраль 1917-го – это заговор против русской истории, который сорвали большевики  (Прочитано 305 раз)
0 Пользователей и 1 Гость смотрят эту тему.
admin
Администратор
Ветеран
*****

Репутация: +115/-3
Offline Offline

Сообщений: 1832


« : 25 Марта 2017, 17:59:10 »

А.И.ФУРСОВ

«Если бы царь вместо того, чтобы   подписывать отречение, кликнул бы казаков, на этом бы все и кончилось, —   размышляет в интервью «БИЗНЕС Online» историк   и социальный философ Андрей Фурсов.



 По его мнению, социальная революция в   России была неизбежной, но именно февралисты открыли кладезь бездны, а сам   переворот стал результатом четырех заговоров, за которые многие заговорщики   расплатились своими жизнями.
  — Андрей Ильич, революция февраля 1917 года случилась в силу естественных   исторических причин? Или это часовой механизм бомбы, приведенный в действие   чьей-то умелой рукой?
  — На протяжении всего XIX века Россия шла к социальной революции.   Самодержавно-крепостнический режим вступил в кризисную полосу, и этот кризис   усиливался и усугублялся тем, что Россия интегрировалась в мировую   капиталистическую систему. Причем после поражения в Крымской войне Российская   империя интегрировалась как зависимый элемент этой новой мировой системы.

В середине XIX века в мире произошли существенные изменения. Если раньше   капитализм был преимущественно доиндустриальным, то ко времени, которое я   упомянул, в Англии полностью оформилась индустриальная система. Таким   образом, капитализм получил адекватную ему систему производства. В результате   то, что Иммануил Валлерстайн называл европейской мир-системой, превратилось в   мировую систему без всякого дефиса. В отличие от мир-систем, которых на   планете может быть несколько, мировая система может быть только одна. В   «длинные 50-е» годы XIX века, которые уместились между 1848 и 1867 годами, то   есть аккурат между Манифестом Коммунистической партии и первым томом   «Капитала», или между европейской революцией 1848 года и реставрацией Мэдзи в   Японии, протекали очень важные исторические процессы. В этот период мировая   капиталистическая система сделала все, чтобы подмять под себя и уничтожить   оставшиеся мир-системы. А таковых на тот момент оставалось всего две —   русская и китайская. В результате хотя Китай так и не удалось превратить в   колонию, а Россию не получилось отбросить к границам XVII века, обе страны   перестали быть мир-системами и превратились в элементы мировой системы разной   степени интегрированности.
  В России интеграция в мировую капиталистическую систему углубляла кризисные   тенденции того времени. Современники поняли это очень быстро. Например,   Николай Бунге (ученый-экономист, министр финансов и председатель комитета   министров Российской империи — прим. ред.) в 1886 году писал, что финансовое   хозяйство страны находится в разобранном состоянии, а упадок российских   финансов стал обнаруживаться еще с 1860-х годов XIX века. Что касается 1880-х   годов, то в этот период кризисные процессы приобрели просто угрожающий   характер. Дальше я просто процитирую: «Все это при отсутствии даже намека на   какое-либо улучшение готовит в недалеком будущем тяжелую развязку,   государственное банкротство, а за ним — государственный переворот». Это   сказано в 1886 году! А в 1916 году действительно наступило экономическое банкротство,   за которым последовал государственный переворот.
  В то же время развитие капиталистического уклада в России породило такие   социальные группы, которые были заинтересованы в том, чтобы вывести империю   на капиталистические рельсы развития и при этом потеснить или вообще   ликвидировать самодержавие. К этому надо добавить противоречие между   московской и петербургской фракциями буржуазии. Дело в том, что питерская   буржуазия была интегрирована в мировой истеблишмент, а вот московская, где,   кстати, было много старообрядцев, оказалась на обочине этого процесса.   Неслучайно среди лидеров заговора 1915 - 1916 года было немало выходцев из   старообрядческой среды.
  Иными словами, на рубеже XIX - XX веков шли, переплетаясь, сразу несколько   процессов: кризис и разложение самодержавно-крепостнической системы; процесс   развития капиталистического уклада, который в России принял уродливую форму   (что естественно, поскольку за редкими исключениями никакой иной формы в   принципиально антикапиталистической стране капитализм принять не может);   процесс реакции общества на развитие уродливых капиталистических форм, так   сказать, индуцированная социальная волна. При этом процесс разложения старого   опережал процесс формирования нового, становясь дополнительным фактором,   порождающим уродливые социальные формы неотрадиционного и   квазикапиталистического типа. К 1914 году самодержавие подошло в состоянии   серьезного кризиса.
 
  — Однако на 1914 год приходится небывалый прежде подъем патриотизма с   коленопреклонением и пением «Боже, царя храни» на Дворцовой площади в   Петербурге.
  — Эйфории патриотизма хватило на несколько месяцев. Более интересно другое —   социально-патовая ситуация, до поры не позволявшая кризису вырваться наружу.   В канун войны все социальные и политические силы так или иначе уравновешивали   друг друга. Буржуазия уравновешивала дворянство; либералы и революционеры   были слишком слабы, чтобы что-то изменить; самодержавие олигархизировалось и   было совершенно импотентным, так как находилось если не в состоянии   управленческого коллапса, то глубокого кризиса, о чем писали практически все   современники. Война эту ситуацию взорвала. Трудно сказать, что было бы, если   бы не разразилась война. Думаю, в любом случае аграрная сфера дала бы о себе   знать — тем более что Петр Столыпин своими реформами немало поработал на то,   чтобы приблизить революцию. Причем парадокс заключается в том, что провал   столыпинских реформ подарил самодержавию еще несколько лет. Ведь если бы   проект преобразований Столыпина увенчался успехом, то уже в 1911 - 1912 годах   примерно 20 - 25 миллионов мужиков оказались в городе. По подсчетам   экономистов, лишь 1,5 - 2 миллиона из них смогла бы абсорбировать   промышленность. А что же остальные? Не исключено, что мы получили бы   революцию весьма и весьма кровавую. Окончательным ответом крестьянства на   столыпинские реформы стал простой факт: к 1920 году крестьяне вернули в   общинную собственность приблизительно 97 - 98% земли.
  В условиях обостренного войной кризиса в конце 1915 — начале 1916 года   оформились сразу несколько заговоров: 1) буржуазно-думский, с которым был   тесно связаны ряд влиятельных генералов; 2) заговор социалистической среды   (во главе с людьми типа Чхеидзе, Керенского); связь между двумя этими   российскими заговорщическими группами обеспечивалась по масонской линии; 3)   британский заговор.
  Необходимо отметить, что в ходе войны оформилось совпадение интересов части   крупного российского капитала и правящих кругов Великобритании. Как заметил   генерал Александр Спиридович, победа русской армии страшила капитал,   поскольку она укрепила бы самодержавие. В то же время русский капитал не   хотел выходить из войны, на которой наживался. Неслучайно в 1916 году ювелир   Карл Фаберже получил, несмотря на кризис, самое большое количество заказов на   свои поделки. Не могу не провести здесь параллели: 2016 год, разгар кризиса,   но российские богатеи отметились в это время наибольшим количеством   приобретений дорогих яхт и автомобилей. Русской победы боялись и британцы,   которым, однако, в то же время нужно было, чтобы Россия продолжала войну. Решение   этого противоречия было простым: организовать государственный переворот,   устранить Николая II и объявить о создании конституционной монархии либо (что   еще лучше) республики во главе с такими англоманами, как Александр Гучков   (председатель III Госдумы, член Госсовета, впоследствии военный министр   Временного правительства, по вероисповеданию — старообрядец — прим. ред.) и   Павел Милюков (лидер кадетской партии, впоследствии министр иностранных дел   Временного правительства — прим. ред.). Вскоре это и было реализовано.
 
  Так называемая Февральская революция —   это хорошо подготовленный дворцовый переворот. Хотя некоторые умные   кадеты, такие, как князь Павел Долгоруков, предупреждали заранее, что   дворцовый переворот — это очень плохое средство, поскольку после него нет   никого, кто был бы легитимным правителем, а это вообще может привести всю   ситуацию к краху. Так оно и вышло, Долгоруков оказался прав: Февраль открыл кладезь бездны.   Февралисты, эти краснобаи, которые привыкли вещать с кафедр и в узком кругу,   не смогли удержать ситуацию под контролем. О почти неизбежности такого   варианта развития событий предупреждал не только Долгоруков — об этом же   самом говорили и убитый в 1904 году министр внутренних дел Вячеслав фон Плеве   и его преемник Петр Дурново. Все они считали, что, если произойдет революция,   то «образованные классы», ее инициировавшие и организовавшие, не смогут   воспользоваться плодами своей победы, так как не в состоянии ничего   контролировать.
 
  «БРИТАНЦЫ ХОРОШО ПРОДУМАЛИ И ПРОВЕЛИ ЭТУ ГЕОПОЛИТИЧЕСКУЮ ОПЕРАЦИЮ ДЛИНОЙ В   25 ЛЕТ»
 
  — Кто еще, кроме кадетов,   старообрядцев и британцев, составили заговор элит с целью свержения   Николая II?
  — Несомненна роль масонов,   ненавидевших и самодержавие, и Николая II. Демонизировать их не стоит —   просто масонские структуры оказались наиболее удобным оргсредством для   осуществления контактов, к примеру, между Петроградским советом рабочих и   солдатских депутатов и Временным правительством.

Хотя   говорят о том, что в 1917 году у нас было двоевластие (формально так оно и было),   но лидеры и Петросовета, и правительства одинаково являлись масонами. А у   Александра Керенского вообще было уникальное положение: он входил и во   Временное правительство, где сначала был министром труда, и в Петросовет, где   числился заместителем председателя этой организации Николая Чхеидзе. С самого начала   Керенский играл ведущую роль в событиях тех дней — недаром Сергей Есенин в   поэме «Анна Снегина» писал, что он калифствовал над страною на белом коне.
 
  — В таком случае чем февральский дворцовый переворот отличается от попытки   декабрьского поворота в 1825 году? Те же масоны, те же прекраснодушные   утописты и представители образованных классов... Ленин был прав, что начал   свою генеалогию с так называемых дворянских революционеров. Разве что один   переворот удался, а другой — нет.
  — Декабристы — это все-таки другая история. Их выступление — последний,   причем неудавшийся, в отличие от предыдущих, гвардейский переворот в России.   Первый произошел в 1725 году, когда гвардейцы после смерти Петра I посадили   на трон Екатерину. Отличие декабристской попытки заключается в том, что   лидеры «дворянских революционеров» хотели свергнуть самодержавие, а не просто   поменять одного царя на другого. И при этом освободить крепостных, но без   земли, то есть согнать их с земли. Кстати, интересный эпизод: когда Александр   Бенкендорф вел следствие, он признавался императору, что готов был проявить   некоторое снисхождение к тем из декабристов, которые, призывая к освобождению   крепостных, сами уже освободили своих крестьян. Но таковых среди декабристов   почему-то не оказалось. Сам же Бенкендорф к тому времени уже давно своих   крепостных отпустил на волю.
  Кроме того, в декабристском движении не было и не могло быть того буржуазного   элемента, который активно присутствовал в феврале. Так что это очень разные   явления.
 
  — Не буквально, не в подробностях, но история все-таки повторяется. Недаром   известный мыслитель Игорь Шафаревич писал о переходящей из страны в страну и   из эпохи в эпоху схеме бунта малого народа против большого народа. Разве, к   примеру, противоречия элит в сегодняшнем Кремле не могут привести к   аналогичной попытке составить заговор против Владимира Путина?
  — Насколько я могу судить об этих слухах, циркулирующих вокруг Кремля, здесь   речь идет больше о политических перемещениях, направленных на конкретное   лицо, а не на смену политического   строя. В феврале 1917 года речь шла все-таки о судьбе самодержавия и   смене формы правления.
 
  — Но кто принимал отречение у Николая II? Упомянутый вами Гучков и   националист Василий Шульгин. Оба были монархистами и оба надеялись, что   монархический строй, пусть и в конституционной форме, останется в России и   что дело ограничится «политическими перемещениями» и что Михаил примет трон.
  — Да, именно монархисты свергали   Николая II, поскольку считали, что он компрометирует монархию. Они не   понимали, что монархия уже настолько скомпрометирована, что один толчок — и   монархии в России не будет вообще. Прав   оказался Иван Солоневич: катастрофа пришла не слева, а справа.Правые (монархисты) в компании с либералами   угробили самодержавную Россию, Церковь это приветствовала, а вот левые   восстановили державу.
 
  Выше мы говорили о трех заговорах, но   был еще один — внутри самого клана Романовых.

В конце декабря 1916 года 16 великих князей собрались и   решили, что император Николай должен быть устранен. Это был их «семейный   разговор». При этом, однако, надо помнить, что шла война и Николай II был   главнокомандующим войсками. А те его родственники, которые дали зеленый свет   его устранению, тоже находились на государевой службе: кто-то командовал   Кавказским фронтом, как великий князь Николай Николаевич, кто-то занимал   другие высокие должности. По идее всех их можно было взять и отправить на   цугундер за государственную измену. Однако Николай, знавший о «семейном разговоре», ничего не сделал. Эта   импотенция власти просто поразительна.
 
  И еще раз о других заговорах. Второй заговор   — заговор генералов. Он стал решающим, потому что без генералов ничего бы   не получилось. И Романовы, и генералы хотели конституционной монархии. Третий заговор составили думцы и   буржуазия, а четвертый — британцы.   Вот они как раз монархии не хотели, они были нацелены на республику. В   конечном итоге британцы и масонски   организованная буржуазия переиграли генералов и Романовых, которые   заплатили жизнями за свое участие в заговорах. И это лишний раз   свидетельствует о правильности русской поговорки «Не буди лихо, пока оно   тихо».
 
  — Не могли бы вы подробнее рассказать, в чем состоялбританский заговор? Через Милюкова думские кадеты поддерживали с   Англией достаточно тесные связи.
  — Вспомним: когда в британском парламенте было объявлено о низложении Николая   II, Дэвид Ллойд Джордж, премьер-министр королевства и наш союзник, заявил, что   одна из главных целей войны достигнута. С точки зрения британского истеблишмента   и закрытых структур этой страны главная цель Первой мировой заключалась в   решении русского и германского вопросов. То естьуничтожить Россию и Германию, столкнув их в смертельной схватке.   К этой схватке, в которой одна часть Европы стравливалась с другой частью   (причем Российская и Германская империи должны были оказаться в разных   лагерях), британцы шли с конца 1880-х годов. Они очень хорошо продумали и   провели эту геополитическую операцию длиной в 25 лет. Кстати, 25 лет — это   обычный горизонт планирования для англосаксонских планировщиков. Сделано это   было настолько изящно, что можно только учиться и бить нашего главного   противника его же оружием.
 
  На первых порах, чтобы уничтожить Германию, нужно было оформить   русско-французский союз. Но Париж не хотел идти ни на какой союз с   Петербургом, поэтому французов уговорил римский Папа Лев XIII. Последний тоже   сначала не хотел никого уговаривать, однако он серьезно задолжал Ротшильдам —   и пришлось отрабатывать. В результате в начале 1890-х годах был заключен   франко-русский военный союз. Следующий логичный шаг англичан — необходимость   доказать Парижу, что Россия хотя и сильна, но все же не может служить   стопроцентным гарантом безопасности французов. Для этого нужно было, чтобы   Россия потерпела чувствительное поражение — не на европейских рубежах, а   где-то «в сторонке», например, на Дальнем Востоке. Однако сначала нужно было   вырастить страну, которая способна в этом помочь. Единственный кандидат —   Япония, но перед этим ее нужно было поднять. Поэтому британцы помогли японцам   в их войне с Китаем в 1894 - 1895 годах. Япония поднялась, и затем на   протяжении десяти лет при поддержке Лондона (и Вашингтона) стала локальной   державой, способной бросить вызов России. После русско-японской войны   французы довольно быстро заключили союз с англичанами, а в 1907 году Россия   тоже подписала договор с Альбионом. Так была создана Антанта.
  Но и это не все, требовалось создать денежную структуру для финансирования   войны. Ее и начали создавать с того же 1907 года. В 1913 году усилия завершились учреждением федеральной резервной   системы (ФРС). Таким образом, к 1913 году все было подготовлено, а уже в   1914-м шарахнула война.
  Война — это была одна задача, а другая — в ходе этой войны максимально   ослабить или даже разрушить Россию, чем и занялась британская агентура   влияния. За всем этим следила французская разведка, и когда, например, в   конце февраля 1917 года солдаты в Петрограде перешли на сторону бастующих   рабочих, французский разведчик де Малейси свидетельствовал: он может указать даже   номера домов, в которых русские агенты британской разведки раздавали деньги   солдатам, чтобы те надевали красные ленточки.
 
  Хочу также напомнить о давлении   английского посла Джорджа Бьюкенена на Николая II. Бьюкенен намекал   императору на возможность его отречения, однако Николай не выслал его,   благодаря чему посол продолжал действовать.

Мне это живо напоминает «совет»   вице-президента США Джо Байдена, который он дал в 2012 году Путину, о том,   что тому не стоит идти в президенты. То есть одна и та же схема   англосаксонского вмешательства работает до сих пор. И нужно сказать, что в   1917 году британцы последовательно гнули свою линию заговора и в итоге   ситуационно победили. Проиграли же те, кто хотел сохранить монархию в России.
  Еще один момент: очень показателен состав убийц Григория Распутина — это   Феликс Юсупов, представитель высшей российской аристократии, Владимир   Пуришкевич, представляющий правые думские круги, и капитан Освальд Райнер, англичанин, агент британской разведки SIS.   Райнер, выражаясь современным языком, профессиональный киллер, приехавший в   Россию в том числе с целью убить Распутина, призывавшего к сепаратному миру с   Германией и выходу из Антанты.
 
  «ПЕРВОЕ СЕРЬЕЗНОЕ СТОЛКНОВЕНИЕ РОКФЕЛЛЕРОВ И РОТШИЛЬДОВ ПРОИЗОШЛО НА   ТЕРРИТОРИИ РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ»
 
  — Какова роль в февральских событиях американского банковского капитала? Вспомним о знаменитой телеграмме   банкира Якова Шиффа Милюкову, его финансовой поддержке Временному   правительству.
 
  — Американская линия не менее интересна, чем британская, хотя и будет   послабее. Когда упоминают о том, что британцы ускорили свои действия в   ноябре-декабре 1916 года, говорят, что они очень боялись, что Россия заключит   с Берлином сепаратный мир. Однако Николай II, невзирая на позицию Распутина и   некоторых генералов, не собирался этого делать. А вот что он действительно приветствовал — это контакты   представителей российского истеблишмента с американцами. По целому ряду косвенных свидетельств   становится ясно, что Россия собиралась переориентироваться с одной англосаксонской   страны, Великобритании, на другую — на Соединенные Штаты.
  Я уже не говорю о том, что первое серьезное столкновение Рокфеллеров и   Ротшильдов произошло именно на территории Российской империи, точнее на   Бакинских промыслах. Хотя в свое время Ротшильды продали промыслы братьям   Нобелям; Нобели, строго говоря, это ротшильдовский кластер. Неслучайно   Рокфеллеры давали деньги группе Фиолетова (Иван Фиолетов, революционер,   бакинский комиссар — прим. ред.), куда, кстати, входил и Иосиф Сталин, чтобы   она организовывала волнения и забастовки в Баку. Таким образом наносился   ущерб добыче нефти, налаженной Ротшильдами и Нобелями. Рокфеллерам очень   важно было убрать Россию как потенциального конкурента на мировом нефтяном   рынке, и революция решила эту проблему. То есть, с одной стороны, англосаксы   действовали заодно (им всем было важно ослабить Россию), с другой стороны,   они противостояли друг другу. Вот такая схватка жирных пауков на нашей земле.
 
  — А как же германский Генштаб,   финансировавший через Александра Парвуса большевиков? Разве это не приблизило   революцию?
  — Безусловно, как любая страна,   находящаяся в состоянии войны с другой страной, Германия искала возможности   подорвать силы России изнутри. Дело, однако, в том, что английская агентура в   Российской империи была значительно сильнее германской. При этом большинство российских военных   не без основания считали, что именно англичане — наши главные враги. Есть   знаменитая фраза Алексея Едрихина-Вандама о том, что хуже войны с англосаксом   может быть только дружба с ним. Однако значительная часть истеблишмента   империи и очень большая часть тех, кто организовывал февральский дворцовый   переворот — октябристы, кадеты, — были подавляюще пробританскими. Не случайно   именно в английском посольстве у Бьюкенена заговорщики собирались и обсуждали   свои планы.
  Как и в любом крупном историческом событии, в Феврале сошлась игра внутренних   и внешних сил. Ничего бы этого, однако, не было, если бы к началу XX века   Россия не оказалась в глубочайшем кризисе — аграрном и управленческом. В управленческом плане строй сгнил   совершенно. Поэтому наш мыслитель   Василий Розанов писал, что Россия, Русь «слиняла в два дня, самое большее — в   три». И никто даже не дернулся защищать самодержавие.

Тот же Максим Горький   свидетельствовал, что в первые два-три дня переворота достаточно было одной   роты, чтобы очистить Таврический дворец (здесь находилась Госдума, ставшая   штабом Февральской революции — прим. ред.). И ничего бы не было. Более того,   я глубоко убежден, что, если бы царь   вместо того, чтобы подписывать отречение, кликнул бы казаков и приказал   арестовать изменников, скорее всего, все на этом бы и закончилось. По-   настоящему ведь революция началась 2 марта 1917 года в 22:40, когда Николай   передал Гучкову и Шульгину акт об отречении. При этом он нарушил 37 статью   законов Российской империи, потому что не имел права отрекаться за Алексея и   тем самым открыл широкую дорогу смуте и хаосу в России.
  Когда говорят, что царь боялся за свою семью, у меня возникает два встречных   вопроса. Первый: Николай II был кем — частным лицом или хозяином земли   русской? И второй: ну и что, спас он свою семью? Я убежден, что, если бы Николай не подписал отречение, а приказал бы   арестовать генералов и думцев, прибывших к нему в Псков, то дальше процесс   пошел бы по-другому. Это не значит, что через два-три года после победы в   России не произошло бы аграрной пугачевщины, перебросившейся в город. В   центральной части страны, чтобы выживать в условиях сельского хозяйства,   требовалось 4 гектара на человека. Между тем в 1913 году было 0,4 гектара на   человека. Аграрный вопрос в рамках самодержавной системы никак не решался. Но   если конкретно говорить о ситуации февраля-марта 1917 года, жесткая позиция   царя решила бы вопрос с февралистами очень и очень быстро.

ЧИТАТЬ ПОЛНЫЙ ТЕКСТ

Записан
Страниц: [1]   Вверх
  Печать  
 
Перейти в:  

Powered by MySQL Powered by PHP Powered by SMF 1.1.11 | SMF © 2006-2009, Simple Machines LLC Valid XHTML 1.0! Valid CSS!